В краю родном

КОГДА АНТОНОВКА БЫЛА НЕ В РАДОСТЬ

Written by dimdimple

Нине Егоровне Поповой к лицу синенький платочек. А глаза у нее живые, глубокие, такого же цвета. Встретила нас с улыбкой на пороге своего дома: «Вы, наверное, заметили, как изменился наш Новый Ольшанец. Думали, не доживем до асфальтовой дороги. Вот и новый медпункт строят. Обещают еще и детям красивый городок для игр поставить». Видно, Нину Егоровну радуют перемены…
— Красота-то у нас какая. Вот сады зацвели. Яблок в нынешнем году будет много, — продолжает она…
Новый Ольшанец — красивая деревня. Издавна здесь разводили сады. В каждом дворе свой. Но антоновку жаловали больше всего. В конце сентября ее аромат, можно сказать, с ног валил.
Но в 41-м было не до нее. Все так же гнулись ветки от плодов, да только скорбь заслонила все привычные радости и заботы.
В тот год Нине Егоровне исполнилось 11 лет.
— Когда у нас разместили госпиталь, наша фельдшерица Мария Ивановна Кузнецова дала мне ответственное задание — ухаживать за ранеными, — вспоминает она. — Кого-то кормила с ложечки. Сама была худая, как воробей, а солдатам передвигаться помогала. Письма домой писала. А уж ночью вместе со всеми, кто ухаживал за ранеными, стирала бинты: не хватало их. Вот и сушили, скатывали в трубочки, чтобы легче было раны перевязывать. Очень хотелось, чтобы все выздоровели…
В таком нежном возрасте глаза одиннадцатилетней девчушки увидели смерть. Но не это страшило. Боялась, что придут немцы и угонят ее в неметчину, что не увидит она больше ни родных, ни своей любимой деревни.
Даже когда советские солдаты выбили врага из Ельца и его окрестных населенных пунктов, девочка боялась: «А вдруг вернутся?».
Председатель каждое утро говорил: «Надо за троих работать, Красной Армии помогать, все для фронта делать. Тогда придет конец войне». Мы старались изо всех сил. Мало спали, мало ели и много работали. Такая была доля для всех…
В те годы все делали вручную. Ее ставили в ряд со взрослыми женщинами на кромку поля. В суму, надетую на худенькие плечи, сыпали зерно. Его надо было разбрасывать пригоршнями в землю. Не просто бросать себе под ноги, а рассыпать, как ветерком, пропуская через пальцы. Работали и на бахчах, выращивали табак, собирали семена. Сколько дел переделали женские руки…
«Мы все ждали Победу. Ждали возвращения родных, — говорит она. — В селе был большой праздник. По этому случаю председатель зарезал бычка. За общим столом собрались те, кто вернулся, и те, кто не дождался отцов, сыновей, братьев, сестер. Вспоминали их как героев, победителей. Стали жить в мире…».
В 60-е годы образовался совхоз. Нина Егоровна перерабатывала корма, на ручной мельнице смалывала зерно.
Когда в отделение поставили скот — перешла доить коров. Ценили ее за ловкость, заботливое отношение к животным, работу на совесть.
— Может быть, до сих пор бы с буренками управлялась, — вздыхает она, — если бы совхоз не рассыпался…
И это говорит женщина, которой идет девятый десяток. Она показывает нам свой ухоженный сад, огород, где управляется со своим старшим сыном. Три дочери живут в Ельце. Но на малую родину приезжают не по травке погулять — матери помогают…
Вручая ей скромные подарки, думаешь: пожили бы подольше наши ветераны, дети войны, вынесшие все, что уготовила им война. Они — наша гордость и совесть, они умеют ценить в жизни простые радости.
— Когда Нина Егоровна бывает на наших праздниках, кажется, что солнце светит ярче, — говорит глава Архангельского поселения Дмитрий Сенчаков. — А добрые синие глаза всегда улыбаются людям…
И на этот раз она с благодарностью приняла поздравления, каравай Победы, синий платочек… И делала это так сердечно, как может это делать человек, много повидавший на своем веку…

Об авторе

dimdimple